Тэй (tey) wrote in natur_israel,
Тэй
tey
natur_israel

Естественный отбор

Вчера я совершенно случайно наткнулась на свои "мемуары" о приключениях в Эйн-Геди, тоже случившихся в 2007 году, немного раньше истории с совами.



Естественный отбор
Что, испугались? Вообще-то я не собираюсь заняться нудными рассуждениями о теории эволюции. У меня на нее с некоторых пор аллергия. Рассуждать о естественном отборе легко, сдавать его с нашим преподом - задачка не для слабонервных... но все это цветочки по сравнению с ощущениями того, кто этому грешному отбору подвергается!
Краткие сведения о бедном объекте издевательства матушки-природы: существо женского пола, 24 лет на данный момент от роду, с резко выраженной тягой к экстремальным увлечениям. Оказалось, распространяется эта тяга на все, даже на учебу. Вездесущий черт шепнул мне на ухо, что максимум приключений на свою нижнюю голову я найду, став зоологом. Сказано - сделано.

В воскресенье вечером, излучая энтузиазм новичка в радиусе 20 км, я в полной боевой готовности стояла на месте встречи с будущими коллегами. Прохожие слегка косились на одевшееся с учетом дальних странствий и непредсказуемых приключений создание с внушительным рюкзаком и сумасшедшими на радостях глазами, ускоряли шаг. Создание собиралось лезть в горы ловить скалистых даманов (Procavia capensis) , но даже приблизительно не представляло, что его ждет на самом деле...
Знакомство с двумя будущими коллегами (студентами второй и третьей степени) оставило после себя ощущение, что я им тут как-то мешаю. То ли тем, что разбавляю их мужской монастырь своим женским, болтливым и улыбчивым обществом, то ли самим фактом своего существования, то ли привычкой спорить.
- Ты удобную обувь взяла?
Как будто я первый раз выезжаю на полевые работы! Ладно, шестой... Но уже знаю, с какими столовыми приборами атаковать сие блюдо.
- Конечно! - гордо ответствовала я, пошевелив лапами в любимых спортивных тапочках.
- Они у тебя развалятся, - прозвучал приговор.
Но кто сказал, что он не подлежит обжалованию?
- Они выдержали три года тренировок! - праведно возмутилась я.
- Хммм, ты спортом занимаешься?
Ох, мне бы уже тогда уловить подвох в вопросе, но...
- Зато на скалах развалятся, - упрямо возразил собеседник.
- А вот и нет! - мне стало обидно за тапочки.
Забегая вперед - они таки развалились. Почти. Но заинтересованные лица этого уже не увидели, поскольку отваливающуюся подошву я прилаживала на место уже в автобусе по пути домой!
Неприятные сюрпризы подкарауливали меня за воротами полевой школы. Мне приходилось жить в палатке... и даже делить ее с комарами и другими не менее компанейскими личностями... Остановившись на пороге, я выдыхала воздух маленькими порциями, дабы не взорваться от избытка эмоций. Комната. Одна. Кровать. Две штуки. Матрас у стенки. И тут предстоит жить двум парням и одной девушке. Девушка, разумеется, спит посередке. На матрасе на полу. Ладно, истинному ролевику не привыкать. Уснула, где упала, и плащиком накрылась. Перспектива подъема меньше чем через четыре часа подействовала как ударная доза снотворного.
Четыре часа спустя. Стою где-то в полной темноте, изображаю зомби. Даже метеоритный дождь спросонок не очень радует, потому что желание у меня одно: подушку бы! Кое-как собрав мысли и глаза до кучи, я умудряюсь разглядеть очередную падающую звездочку и сформулировать относительно внятное желание, с подушкой никак не связанное. Надеюсь, проявленный героизм зачтется некими высшими силами и желание сбудется...
Мои сладкие грезы о сбывшемся желании были бесцеремонно нарушены предупреждением, что до места наблюдения за даманами нас ждет часовая прогулка пешочком. Кого это вы тут пешими прогулками пугаете? Если в чем я и достигла определенных успехов, так это в передвижении пешком на дальние расстояния. В хорошей компании могу дойти на край света! Причислить эту компанию к хорошим или хотя бы доброжелательным мне мешало то, что великодушие еще не проснулось. Оно обычно восстает ото сна ближе к полудню, так что еще минимум восемь часов мне предстояло обходиться без розовых очков. И вообще без каких бы то ни было очков: мне почему-то приспичило скрыть, что вижу довольно паршиво.
Когда мы тронулись в путь с фонариками, ко мне привязалась ассоциация с какими-нибудь призраками или магами. Обычно я сама при виде приближающегося фонарика вцепляюсь в меч, подозревая что за его светом прячется какая-нибудь пакость. Но в этих горах за хаотичными перемещениями двух блуждающих огоньков могла наблюдать разве что живность, а ей в качестве оружия хватает зубов, когтей и прочего.
Идем. Темень кромешная, за исключением пятна света у ног, где вьется с трудом различимая тропинка. Отведя фонарик в сторону, обнаруживаю ту же темень. До меня медленно доходит, что слева тропинки уже нет... Фантастика! Вот так шлепнешь и не будешь знать, то ли сразу на задницу приземлишься, то ли насладишься первым и последним ощущением свободного полета. Решаю, что нужно держаться поближе к надежной скале справа, хоть она довольно низко нависает и норовит от полноты чувств пригладить выступающим камнем по макушке. Снизу доносится шум воды, но утешений от него мало. Зная, что здесь называется речкой, можно предположить, что глубина там воробью по колено, поэтому падение мягким не будет при любых обстоятельствах. Когда мы выключаем фонари, чтобы полюбоваться метеоритным дождем, я моментально теряю всякие остатки ориентации и судорожно вцепляюсь в скалу. Страшновато... Еще страшнее становится после включения фонаря. Выясняется, что мои лапы в спортивных тапочках от края обрыва отделяют считанные сантиметры. Звездой стать - раз плюнуть! Падающей.
А между тем мой спутник, за год изучивший коварный маршрут вдоль и поперек, бодренько так шагает вперед, перепрыгивая через трещины, провалы и камни с легкостью горного козла, и, по-видимому, ожидая от меня того же самого. Тааак... Проверять изволите? Ну давайте, проверяйте! Я, конечно, боюсь высоты, паршиво вижу в темноте, но - клянусь! - не пискну и не пожалуюсь! Падать буду - не пожалуюсь!
Пробираться по узкой тропке на смеси упрямства и самолюбия стало полегче. Но все равно, когда мы добрались до места, откуда предстояло вести наблюдения, коленки у меня предательски тряслись и на камень я не села, а скорее упала, переводя дух и не веря, что до сих пор жива и ниоткуда не сверзилась. Это может быть еще впереди...
Солнышко наконец-то продрало глаза и начало карабкаться на небосклон. Даманы досматривали последний сон, а мы сидели в тишине на камне и ждали. Мою болтливую натуру молчание выводило из себя. Нет, я могу молчать сколько угодно, если этого требует дело - например, наблюдение за животными, но если это упирается в банальнейшее "Не о чем говорить"... Живность спала, спутник был погружен в собственные размышления, а я отчаянно скучала, пока не обнаружила, что на меня тоже смотрят. Внимательно так, задумчиво, оценивающе... И кто? Сами горы! На противоположном склоне четко обозначилось лицо. Лицо гор изучало новенькую в своих владениях, под его взглядом и от прохладного рассветного ветерка я слегка поеживалась. А ну как не понравлюсь? В распоряжении гор куча способов испортить жизнь: камни из-под ног посыплются или сверху что-нибудь увесистое прилетит.
From damany

Пока мы с лицом играли в гляделки, проснулись даманы, ради которых все и затевалось. Увидев первого из них сидящим на скале с добродушным видом хорошо выспавшегося животного в унаследованный от дедушки бинокль времен Второй Мировой, я моментально простила судьбе все ее каверзы оптом: и неразговорчивость спутника, и тропинку повышенной непроходимости, и адскую жару, и жесткие камни - все атрибуты непоседливой жизни коллекционера приключений.
И озвучила совершенно ненаучный комментарий:
- Какая лааапочка!
Делать это, все же, не стоило, но как удержаться, когда на тебя смотрит нечто трогательно-пушистое, вызывающее у меня ту же реакцию, что и любимые кошки – сгрести в охапку и расцеловать выразительную мордочку с черными глазами? Даман сидел на камне и просыпался, неторопливо и со вкусом. Счастливы те, кто при пробуждении не смотрят на часы и не носятся потом по квартире с выпученными глазами, опаздывая на работу/учебу! Словно догадываясь, что на него смотрят, стал приводить в порядок шубку. К нему присоединился второй. Некоторое время они мирно сосуществовали рядом, прихорашиваясь, затем что-то не поделили, и утренняя идиллия была нарушена бытовой ссорой. Ну и ладно… Все равно они очаровательные зверьки!
Потом у меня стали отваливаться лапы. Все-таки бинокль почтенного возраста весил немало, что в рюкзаке на спине, что в руках. Пока я, избавившись ненадолго от увесистой оптики, потягивалась, даманы успели исчезнуть. В качестве объектов наблюдения остались одни голые скалы. С ними, разумеется, тоже иногда происходят разные интересные штуки, но так медленно и редко, что надежды стать свидетельницей жуткого землетрясения или извержения вулкана или обвала здесь и сейчас у меня не было ни малейшей. Спутник отошел проверить что-то, ведомое лишь ему, а я от скуки отщелкала пару видов и снова погрузилась в созерцание камней… которое плавно и незаметно перешло в созерцание снов. Ну нет у меня привычки вставать в 4 утра! Ложиться – всегда пожалуйста, а вставать…
From damany

From damany

К счастью, шаги возвращающегося спутника достучались до сладко дрыхнущего сознания, я быстренько подняла голову и сумела придать себе страшно деловой и сосредоточенный вид, не считая сонно-пустых глаз. Тут на помощь пришел дедушкин бинокль, скрывший недвусмысленные доказательства, что взятый на первое в жизни наблюдение будущий зоолог позорно вырубается.
Даманы резво пробежались по скалам, перебрались на наш берег речки и оккупировали дерево. Не смущаясь тем, что часть веток в общем-то тонкие и гнутся под их весом, даманы расхаживали по дереву, словно аристократы на приеме возле шведского стола. Пойдут туда – погрызут лист, пойдут обратно – погрызут другой лист. Проверяют, что ли, где вкуснее? Я так развеселилась, наблюдая за их завтраком, что пропустила появление еще одного дамана, заигравшегося в памятник самому себе. Между деревьями торчала верхушка красной скалы, а на ее вершине, различимый в бинокль, но отнюдь не моим невооруженным глазом, устроился даман. Пушистый памятник, гордый и невозмутимый. Когда к нему присоединился товарищ, желающий оттяпать кусочек славы, они некоторое время честно пытались поделить местечко на постаменте, а затем исчезли оба. Сомневаюсь, чтобы шлепнулись. Они по этим скалам передвигаются, словно мы по асфальту.
Солнце поднялось еще выше, наш камень из пункта наблюдения начал переквалифицироваться в сковородку, раскаляясь на глазах. Мрачно нахлобучив кепку, я подумала, что занесло меня в комбинацию Страны Чудес и моего личного ада. Я терпеть не могу жару и до сих пор не очень освоилась с высотой (один вечер штурма «стеночек» приучил меня не визжать при падении, полагаясь на страховку, но ведь здесь страховки нет!), а тут было вдосталь жары и высоты. Однако красиво.
Даманы тоже решили, что становится, мягко говоря, жарковато, и, ехидно посмеиваясь над поджаривающимися на камушке придурками-исследователями, свернули трапезу на дереве и отправились домой. Они, по словам людей знающих, довели мой любимый принцип трезвости до крайности: не пьют вообще! Хотя один был замечен в камышах при попытке напиться из речки. А так не пьют. Поэтому и шляться по жаре им опасно – так же и высохнуть можно насмерть! Зато нам предстоял путь обратно. Я решила, что на сей раз, отлично видя дорогу, продемонстрирую спутнику, что ходить по скалам умею ничуть не хуже. Шагая обратно по той же дороге, какой мы пришли сюда ночью, я то и дело сдерживала изумленные комментарии типа: «Ох, ни фига себе! И я тут прошла?!» Предпочтительнее было бы оставаться в неведении… Пробираясь по краю усеянного обломками скал обрыва, душевные силы делишь пополам: половина идет на то, чтобы пройти и не свалиться, половина – на то, чтобы удержаться от писка «Я тут не пройду!», «Мне жарко!», «У меня лапы отваливаются!» и просто «Я боюсь!». И что вы думаете? Судьбе показалось мало! Она поставила у нас на пути группу диких школьников, которые, разумеется, заняли безопасную часть тропы, облили все вокруг водой, а нам приходилось совсем балансировать на краю, чтобы их обойти. Я старательно сохраняла невозмутимое выражение на физиономии, а вот в душе… «Мамаааа! Забери меня отсюда! Я буду хорошей!»
Спустились мы с гор, остановились у киоска, торгующего всякими сувенирами. Сбросив тяжеленную сумку в тенечке, я расслабленно наблюдала за блуждающими между столиками козлами (Capra ibex nubiana),
From damany

From damany

как вдруг до меня долетел обрывок разговора. В нем фигурировали трупы… в количестве трех… и с такими подробностями:
- Когда мы его тут нашли, он просто кипел. Солнце же какое…
Темные Магистры… Воображение услужливо подкинуло картинку кипящего трупа, и даже медицинское прошлое не удержало меня от гримасы.
Напоследок я познакомилась поближе с группой даманов, живущих на дереве, растущем прямо возле дороги туристического маршрута. Зверьки практически не боялись людей, зато люди выглядели гораздо более дикими! Даманы, как минимум, не кидались на них с воплями, тыкая пальцами, и вообще вели себя с достоинством, в отличие от двуногих. Общество шумных двуногих после утра в тишине гор вызвало у меня такое отвращение, что я развернулась и отправилась обратно в наш домик в полевую школу. По пути заблудилась, но выбираться пришлось своими силами – потому что испытание продолжалось…
From damany

From damany

From damany

From damany

From damany

From damany

From damany

После обеда мы спали, потом я, физически ощущая, насколько мешаю соседям, провела остаток вечера сперва бродя по окрестностям, а потом сидя на бревнышке во дворе, обливаясь потом, кидаясь смс-ками и болтая по телефону с покинутыми далеко в цивилизованном мире друзьями. Почему-то было грустно. Я ведь не сделала ничего плохого ни природе, ни этим двоим в домике… Откуда же такое отношение?
From damany

From damany

Второй день подряд отскребая от кровати бренную тушку в 3.40 утра, я прокляла все на свете: себя, своих коллег, будильник, горы, даманов, родителей (за то, что родили, понятное дело!). Настроение было отнюдь не боевое. Но если бы я доподлинно знала заранее, что мне предстоит сегодня – предпочла бы и вовсе не просыпаться. Встали, собрались, упаковались, парни наскоро попили кофе, я – чай и пошли. Расставлять ловушки на бедных даманов. Путь начался сразу с крутого подъема. Я сонно плелась позади, размышляя, когда же он наконец кончится… Потом у меня кончились силы, а подъем все продолжался! Памятуя о данном себе же вчера обещании удержаться от жалоб любой ценой, я честно проглотила фразочку «Если сейчас этот подъем не кончится – я тут лягу и помру, так и знай!». Потом вторую: «Это место чертовски похоже на то, где я чуть не убилась в горах, еще когда в школе училась… Черт, да тут вся дорога на него похожа!» В школе мы однажды заблудились в горах, и тогда меня осенила идея, что если сесть на спускающуюся со склона длинную полосу гравия, то попасть к речке можно будет быстрее и легче… Сказано – сделано, и только вмешательство классной руководительницы спасло меня от незапланированного купания. Здесь же тропинка шириной в мою ладонь под весьма неудобным уклоном вилась над речкой и при каждом шаге порывалась ухнуть вниз вместе с тем неосторожным, кто по ней шагает. Наличие тяжелого рюкзака, фонарика в одной руке и пакета с кусками картона (нужны были для эксперимента) в другой ставило меня в затруднительное положение на случай падения: чем цепляться-то будем? Зубами?
Потом предательская насыпь сменилась нагромождениями обломков камней. Они щерились острыми гранями, между ними виднелись щели, идеально подходящие для сложных переломов ног, а еще они шатались, норовя сбросить наступившего. К тому времени, как мы добрались до первых ловушек, я исчерпала запасы смелости, сил, ругательств (в режиме внутреннего монолога), но не упрямства. Поэтому продолжала молчать как партизан.
Забравшись под скалу укладывать картон под первую ловушку, услышала кратенькое предупреждение:
- Смотри, куда руки засовываешь. Тут змеи водятся.
Кхм… Чувствительно признательна… Но я реально не вижу своих рук в такой-то темнотище! Будем надеяться, что змеи тоже. Хотя им и не надо видеть, им тепла достаточно. Но может у них не принято завтракать человечинкой?
Пока я лазила по кустам да под скалами за ловушками, умудрилась ободрать руку. В темноте всю царапину видно не было, только две точки… «Цапнули», - уныло подумала я. – «Ну и поровну».
А над горами медленно разгорался рассвет.
From damany

From damany

From damany

Рассветы я встречаю не так часто, предпочитая утренний сон всему остальному, поэтому первые несколько минут вдохновенно таращилась на светлеющую полосу, потом… «А ведь нам обратно возвращаться тем же путем. После 10 утра. Представь, дорогуша, какая тут адова сковородка будет!» От этой мысли душевный подъем превратился в душевный спуск, но затем я себя утешила тем, что до 10 еще минимум 5 часов. Пока мы перебрались на другой берег ручья, посветлело окончательно. Мы кинули рюкзаки за кустами под скалой, мой спутник отправился посидеть на камешке, а я просто свалилась на землю, переводя дух. Насладившись отыгрышем трупа, извлекла из сумки бинокль (зря я его таскала, что ли?) и тоже поплелась к камешку занять удобную наблюдательную позицию, на которой вскоре осталась в гордом одиночестве. Более опытный спутник предпочел удалиться за куст отсыпаться под скалой, а я, вооружившись биноклем, фотоаппаратом, тетрадкой и умной рожей, приступила к наблюдениям… Умной рожи хватило минуты на три от силы: когда ничего не видно, трудно делать вид, что ты занята реально важным делом, а не просто засыпаешь. Отложив бинокль в сторонку, пополнила коллекцию фотографий видами восхода над Мертвым морем,
From damany

From damany

From damany

предприняла попытку фотоохоты на озорную серую птичку, не добившись в том особого успеха, запоздало образумилась, снова схватила бинокль и замерла на камне, изображая прижизненный памятник самой себе во весь рост. От этого мысли разбрелись в двух направлениях. Первое: что памятник может мне светить в недалеком будущем, поскольку обратно мы возвращаемся той же дорогой. Хотя университет вряд ли потратится на похороны не отличающейся особо выдающимися достижениями студентки, а родителям такую сумму в жизни не собрать… Второе: где-то кого-то я уже видела в такой позе. Тоже сильно смахивающей на памятник. Потом вспомнила картинку из книги «Хроники капитана Блада». Только вместо бинокля у него в руках была подзорная труба. От неожиданности я расхохоталась в голос, затем спохватилась и оглянулась на кусты, где мирно дрых мой спутник. Вроде бы так и не проснулся. Все еще ухмыляясь и хихикая, я погрузилась в воспоминания об игре «Пираты Карибского моря-2», где так оторвалась в роли испанского мушкетера…
Примерно через полчасика совесть вежливо намекнула мне, зачем я тут, собственно, нахожусь. До чего же моя башка смахивает на мою комнату! Бардак полнейший, захочешь найти что-то нужное – ни по чем не найдешь, а предварительно наткнешься на вещи, с обычной жизнью никак не связанные: квенты с прошлых игр и сыгровок, тетиву от арбалета, спеллбук с заклинаниями, россыпь денег разных королевств и эпох… Согласившись с совестью, что такого разгильдяя еще поискать надо, я отмахнулась от воспоминаний и снова уставилась в бинокль с самым серьезным и ответственным видом. И была вознаграждена, увидев резво пробежавшего по склону к камышам дамана! В следующие полчаса будущий зоолог лез из кожи вон, стараясь разглядеть что-нибудь особенное, затем поджарился и тоже уполз под скалу немного вздремнуть. Камни в качестве подстилки меня нимало не смутили, но долго проспать не удалось. Меня разбудила – сама не верю! – севшая на ветку птичка! Она и клюва раскрыть не успела, а я, даже не проснувшись толком, на автопилоте цапнула фотоаппарат. Птичка презрительно покосилась на растрепанное и замученное существо, чирикнула и перелетела на уступ на скале. Возмущенная до глубины души тут я ее и сфотографировала. А нечего на меня чирикать! К сожалению, снимки получились мутными, точно взгляд их сонного автора, и я затрудняюсь наградить нахальное создание звучным латинским прозвищем. Есть подозрение, что это была чернохвостка (Cercomela melanura), но...
From damany

From damany

После этого весь сон с меня слетел, я снова вооружилась биноклем, запихнула в карман фотоаппарат и вернулась вести наблюдения. Вместо даманов на глаза попадалась исключительно певчая мелочь и стаи ворон… Я настолько заскучала, что даже известие о том, что привал окончен и пора трогаться в путь по раскаленным склонам, меня почему-то не смутило.
А зря! Скоро стало ясно: скучать в теньке гораздо приятней, чем, обливаясь потом, проверять ловушки. Кстати, три металлических звука, которые донеслись до меня во время наблюдения, действительно означали, что три ловушки захлопнулись. Дамана, очутившегося в первой из них, нужно было взвесить. Мой спутник велел мне держать мешок, а сам перевернул клетку, чтобы вытряхнуть оттуда пленника. Фиг вам, называется! Пленник вцепился двумя лапами в пол, двумя в потолок, повис между ними и оскалился через прутья с видом отпетого уголовника, не очень вязавшимся с его обаятельной мордашкой… зато подчеркивающим оскаленные зубки. И заворчал: «Пасть порву, моргалы выколю!» Мне уже случилось испытать на себе зубки детеныша дамана, поэтому подставить руки взрослому как-то не тянуло, однако мешок я держала крепко. Если разъяренная лапочка шлепнется ко мне на колени, за целостность шкуры я не поручусь… В конце концов, протестующий даман был вытряхнут в мешок, взвешен и отпущен на свободу. Остальных взвешивать не понадобилось, они подвергались этой процедуре меньше месяца назад, но мне и без них хватало, чем заняться. Пока мы обошли все ловушки, я, кажется, стекла лужицей пота в полуразвалившиеся спортивные тапочки. Солнце немилосердно лупило по макушке, и, хоть я исправно прикладывалась к бутылке с водой, но на такой жаре начала потихоньку терять ориентацию и способность трезво соображать. Спутник невозмутимо шел вперед, игнорируя пекло, я честно плелась позади, стараясь хотя бы не отставать больше чем на десяток метров, но упрямо не жаловалась. Черт, а ведь от состояния закипевшего трупа меня отделяет не так уж и много! Наверное, последним их чувством было полнейшее равнодушие к тому, что будет дальше, потому что мозги сварились вместе со всеми инстинктами.
В этот момент камни у меня под ногами все-таки не выдержали, и я весело закувыркалась вниз по склону, цепляясь за что попало. Между прочим, при такой температуре очень трудно понять, ты ударился об камень или обжегся. Забавное ощущение! Остановиться мне таки удалось, судорожно вцепившись в острые края камней. А еще удалось не пискнуть во время падения! Потому что если бы я раскрыла рот, это было бы в лучшем случае грязное ругательство, а в худшем – призыв к маме забрать отсюда свою сумасшедшую дочку… К моему величайшему изумлению, спутник, привлеченный шумом осыпающихся камней, все-таки остановился и обернулся.
- Ну и зачем ты там пошла? Ты видела, как я пошел?
- Нннет… - он что, считает, что я умею глаза за угол заворачивать?
- А я пошел сверху. Вот и выбирайся наверх.
Проклиная все на свете, обдирая и обжигая руки, я выбралась наверх и поплелась за ним на подгибающихся ногах. Перспектива слететь с горы в речку глубиной сантиметров сорок радовала почему-то мало. Позже я шлепнулась еще раз, однако тогда спутник решил, что это уже не оригинально, и даже не оглянулся. Пришлось вставать и догонять, а что мне еще оставалось делать?! К тому моменту, как мы добрались до домика, в моем адреналине крови не было, вода в бутылке закончилась, коленки дрожали и порывались выгнуться в обратную сторону, а все открытые части тела приобрели насыщенный оттенок красного, несмотря на толстый слой защитного крема. Радовало одно: через два часа я уеду отсюда и до марта вряд ли вернусь! Месячная норма приключений выполнена за два дня. Не поймите меня неправильно, я согласна пройти через все это еще раз, за одним маленьким исключением: хочется человеческого отношения! Хотя бы видимости заботы друг о друге. Может, я и не приму предложенную помощь из гордости, но все равно приятно будет, что ты не полный ноль…
Спустя три часа я залезла в долгожданный автобус. За проезд в котором заломили бешеную цену, мест сидеть там не было, зато работал кондиционер, пол не норовил уйти из-под ног (а впоследствии и зада), натруженные ноги отдыхали, а всем было на меня наплевать. Они просто не замечали меня, а совсем не испытывали исподтишка, и это было уже солидным облегчением…
From damany

From damany

From damany

Tags: Мёртвое море, звери
Subscribe

  • Ботанический сад в Иерусалиме.

    Поздравляю всех с праздником Песах! Помогите понять. Была на прошлой неделе в Ботаническом саду в Иерусалиме в общем вазоне с несколькими растениями…

  • два городских растения

    Помогите пожалуйста определить растения из Рамат-Авива 1. Около мерказ Шустер 2. Понятно, что из паслёновых, похоже на баклажан, только откуда…

  • Помогите опознать насекомых

    Насекомыми до сих пор не интересовалась, но тут при фотографировании растений они сами попали в объектив. Хочется с ними познакомиться. Сначала был…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments

  • Ботанический сад в Иерусалиме.

    Поздравляю всех с праздником Песах! Помогите понять. Была на прошлой неделе в Ботаническом саду в Иерусалиме в общем вазоне с несколькими растениями…

  • два городских растения

    Помогите пожалуйста определить растения из Рамат-Авива 1. Около мерказ Шустер 2. Понятно, что из паслёновых, похоже на баклажан, только откуда…

  • Помогите опознать насекомых

    Насекомыми до сих пор не интересовалась, но тут при фотографировании растений они сами попали в объектив. Хочется с ними познакомиться. Сначала был…